stary_sibiryak (stary_sibiryak) wrote,
stary_sibiryak
stary_sibiryak

Category:

Неудобный Бродский. Часть 2: Поэт об интеллигенции




Думаю, что необходимо продолжить разбирать сложные взаимоотношения Бродского с постсоветской интеллигенцией, который я начал в первом посте.
С одной стороны - он сам - несомненная часть интеллигенции. С другой стороны - часть отстраненная, крайне критическая и неудобная.

Несколько лет назад вышел телевизионный фильм "Прогулки с Бродским". Он основан на документальных съемках, сделанных в примерно в районе 1993 или 94 года, в Венеции.

Фильм конечно нужно смотреть целиком. Сказать, что все высказанные там Иосифом Александровичем мысли вызывают во мне горячий отклик я совершенно не могу. Понимая, какие испытания ждут вскоре мою страну, мне невозможно согласиться с его отношением ни к СССР, ни к его могильщику Б. Ельцину.
В этом смысле писать о Бродском действительно неудобно, в том числе и для меня.

Кроме того Бродский непрерывно предстает передо мной как квинтэссенция индивидуализма. Но, как я мне кажется, и что я постараюсь показать чуть ниже, именно русского варианта индивидуализма. А это совершенно уникальная вещь, по крайней мере в неком своем высшем проявлении.

В фильме есть один пронзительный момент, невозможный для 95% процентов людей, либо публично вещающих сегодня от имени интелегенции, либо для людей более-менее безмолвно разместившихся на ее месте.

В этом моменте Бродский сначала начинает говорить о том, как его отправили в ссылку на принудительные работы на село по статье "за тунеядство". Как он ехал по этапу в арестантском вагоне. И как он разговорился в нем с неким осужденным на 10 лет за кражу мешка удобрений 65-и летним крестьянином, который, очевидно в этих лагерях и умрет.



Бродский: "Я понял что ... то что со мной происходит (прим. - имеется ввиду арест и ссылка) рано или поздно мне даже и поможет. Кто нибудь будет за меня хлопотать.

За этого человека никто хлопотать не будет. Вот вам разница между культурой и жизнью нации. И это чудовищно.

И еще один момент, когда я там (прим. - имеется ввиду, на принудительном поселении) начал жить и работать на Севере в этом совхозе... Это было довольно скверное место во многих отношениях. И мне это в сильной степени не нравилось, я совершенно к этому не был готов. Городской мальчик, и все остальное...
Но был там один момент, который...

Вот вы знаете, когда утром в 6 утра... Скверная погода, зима, холодно. Или осень, что еще даже и хуже.
И вот ты выходишь в этих самых сапогах и ватнике получать наряд на весь день. И ты идешь через это поле по колено в этом самом... в чем угодно, и так далее и так далее.
Солнце встает или еще не встало.

НО ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО В ЭТО ЧАС, В ЭТУ МИНУТУ НУ ПРИМЕРНО 40% НАСЕЛЕНИЯ ДЕРЖАВЫ ДВИЖЕТСЯ ТАКИМ ЖЕ ОБРАЗОМ.
И... я не хочу сказать, что это тебя наполняет, скажем, каким то чувством единства. Это ведь зависит от индивидуума: наполняет, не наполняет.
Но мне это ощущение стало, было, и до сих пор, до известной степени задним числом, дорого.

То что я говорю сейчас продиктовано, скажем, не высоколобостью и отстраненностью. Но этим чувством, что мы должны НА КАЖДОГО ЧЕЛОВЕКА ОБРАЩАТЬ ВНИМАНИЕ.
Потому что мы все в совершенно чудовищной ситуации, где бы мы не находились. Уже хотя бы потому, мы в чудовищной ситуации, потому что мы знаем чем все это кончается: мы умираем.
"

А потом Бродский по-моему переходит к самому главному, по крайней мере для меня, для моего внутреннего вопроса.

"И что меня поражает совершенно на сегодняшний день в возлюбленном отечестве (прим. - имеется ввиду уже ельцинская Россия), то, что значительное количество людей, которых я знал, или которых я не знал, но принадлежащих к тому примерно классу образованных и т.д...
Они ведут себя таким образом, как будто они никогда ничему не научились. Как будто им никто никогда не говорил что нужно понимать и любить всех. То есть КАЖДОГО, да?
То есть я не понимаю, как это происходит.
Я думаю что в обществе еще есть вот этот общий знаменатель, который надо бы сохранить. Который надо всеми силами удерживать, да?
"

О чем примерно говорит Бродский? Он говорит, и здесь я могу ошибаться в оттенках смыслов, но он говорит о любви к друг другу, о гуманизме, если угодно, о взаимной солидарности людей, даже если они из разных социальных слоев.

Но вот то что для меня совершенно очевидно, так это то, что Бродский находится в совершенном ужасе от состояния именно этих измерений существования у постсоветской, у (назовем ее так, хотя это не совсем точно) "ельцинской интеллигенции".
Он увидел, что даже те кого он знал как образованных, интеллегентных людей тогда, в 1993 году уже совершенно презирают людей простых. Презирают бесконечно, до конца. Что им безразлично, что с ними будет, и так далее.

Для Бродского очевидно, что если это презрение не будет изжито, залечено, то общество просто рухнет. Недаром в конце он говорит об "удерживании всеми силами", некоего "общего знаменателя".

Для меня остаются два крупных вопроса.

Первый. Как получилось так, что присягавшая когдато гуманизму наша интеллигенция к концу 90-х годов оказалась не просто малогуманна. Она оказалась агрессивно антигуманна, сверх-сверх-антигуманна по отношению к так называемым "простым людям". Антигуманна на грани религиозного фанатизма, или даже еще чего-то похуже.
Причем все это сегодня не просто не изжито и не залечено. Оно видимо принимает летальную форму. Вспомните сегодняшние отвратительнейшие мэмы типа: "ватники", "колорады" и т.п.

Второй. Без интеллигенции ни страна, ни народ существовать просто не могут. То есть вообще не могут.
Если вот это отношение к народу зашло так далеко, и идет даже дальше (а то что оно идет дальше более-менее очевидно), то какова в этой ситуации может быть, или должны быть в принципе формула выживания страны и народа?


Tags: интеллигенция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments